Вторая декада марта с. г. ознаменовалась визитами как на Украину, так и в Россию Верховного комиссара Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) по национальным меньшинствам Кнута Воллебека. Оранжевые СМИ тут же сообщили, что целью поездок означенного еврокомиссара в Киев, Крым, Москву и ряд других регионов обоих восточнославянских государств является «выяснение» степени «уважительного отношения» к «российскому языку» на Украине и «небрежения» украинским языком в РФ.

       Но ведь вся проблема в том, что является ли преобладающий ныне в России язык – российским ? Можно поставить аналогичный вопрос !  Является ли доминирующий сейчас в США язык – американским ?

     Нет !  Родина нынешнего литературного (и его диалектной подосновы) английского языка – восточная часть Центральной Англии (включая Северный Лондон). Европейские же колонисты в британских колониях Северной Америки разговаривали, в основном, на других англо-саксонских и немецких языках, а также и по-голландски. Среди же английских макро-диалектов в США конца XVIII в. «первым среди равных» был нортумбрийский, родина которого – Северная Англия и Южная Шотландия. Язык же Уильяма Питта, Сэмюэла Джонсона и Генри Филдинга был в Филадельфии и Вашингтоне  всего лишь «официозом». Родным же восточно-центральный английский макро-диалект был только для незначительной части американцев. Среди «отцов-основателей США» -- лишь для Томаса Джефферсона ! Но постепенно, в течение 19‑го столетия, американский вариант (здесь у него с «метрополийным» -- грамматические различия незначительны !) северо-лондонского языка вытеснил всё остальное англо-саксонское и тевтонское диалектно-лингвистическое разнообразие.

      В Британии же этот процесс проходил значительно сложнее. Местные англо-саксонские макро-диалекты не только долгое время фигурировали в быту, но и им ряд провинциально-британских и южно-шотландских деятелей культуры придавали (и не всегда безуспешно !) литературно-деловую форму. Наиболее продуктивным в этом плане оказался нортумбрийский диалект (фактически – отдельный язык, прямой потомок наречия племени англов) Северной Англии и региона вокруг Глазго и Эдинбурга. Известна многолетняя литературная традиция на этом макро-диалекте. От безымянного автора «Гимнов Кэдмона» (VIII в.) и до знаменитого Роберта Бёрнса. Сей «Северо-Британский Котляревский» трудился на поэтической нортумбрийской ниве в последней четверти XVIII в. Его соплеменник и младший современник Вальтер Скотт писал не по скотч-нортумбрийски, а по «северо-лондонски». Так же, как и наш Николай Гоголь – по старокиевски-великорусски !

      Почему господин К. Воллебек не выставляет претензий к правительству США по поводу того, что огромное количество потомков нортумбрийцев и южно-шотландцев ни в одном из штатов не имеют ни одной нортумброязычной школы или вуза ? А ведь скотч-нортумбрийский язык не бесписьменный !

      Однако !  Подобного рода претензии у ОБСЕ намечаются в отношении Российской Федерации.  Мол-де – нет в России «украинских» школ.  Но ведь и так называемая «российская мова» родом из Киева, из Украины.  И если анализировать строго научно, то всё образование в Российской Федерации происходит не на каком-либо из российских (северо-восточнославянских), а именно на украинском языке. На старокиевском диалекте украинского языка !  Подлинные же российские наречия (язык старших новгородских берестяных грамот, кривичский, вятичский, псковский, северовятичско-старомосковский и др. диалекты) были вытеснены киево-русским языком в течение 12 – 16 вв. Они были вытеснены языком удельных княжеских дворов, их дружинников, администраций и глашатаев.

       Языком «Слова о полку Игореве» (Киев, 1185 – 1187 гг.) и «Слова о погибели Земли Русской» (Киев, март 1238 г.) !

      Нет у верховного комиссара ОБСЕ по национальным меньшинствам даже намёков на критику Правительства Её Величества по поводу чрезмерности образования на «северо-лондонском» языке в Великобритании. Несмотря на то, что потомки восточно-мерсийцев (Мерсия – историческая англо-саксонская территория, охватывавшая Центральную Англию) составляют меньшинство среди жителей нынешнего Соединённого Королевства, а их речь – гегемон на значительной части нашей планеты. Скотч-нортумбрийский же язык доживает в быту свои последние десятилетия и преподаётся (его южно-шотландская форма) лишь в отдельных частных школах.  Ну и на филологических кафедрах британских университетов кое-кем из студентов и аспирантов изучается в качестве фактически мёртвого языка.

       Хотя !  Если судить по отзывам оранжевых СМИ, то Кнут Воллебек именно и собирается такого рода тему «промониторить». Но не в отношении Великобритании, а по поводу Крыма. Мол-де треть населения полуострова «паспортные украинцы», а в нынешней Тавриде очень мало украинских (полтавско-черкасских) школ.

     Но родной ли для всех «паспортных украинцев» Крыма (а тем более для их предков) – полтавско-черкасский язык !

     Ведь среди них есть потомки и восточно-полищуков, и волыняков, и галичан, и центрально-полищуков. Ведь диалекты представителей первых трёх из перечисленных этнографических групп сравнительно-языковедчески (глотто-хронологически) равноудалены между украинским (полтавско-черкасским) и русским (старокиевски-великорусским) диалектами. То же самое можно сказать и о буковинском, и о лемковском, и о гуцульском, и о бойковском, и о западно-полищукском, и о белорусских наречиях.

       Впрочем, для верховного комиссара ОБСЕ таки есть на Украине работа !

    Почему в Матери Городов Русских, в Киеве – колыбели русской цивилизации, русского былинного эпоса, менталитета и языка – преследуется русский язык ? Преследуется на своей прародине !  Этот город никогда не был украиноязычным (полтавско-черкасскоязычным). В 12 – 15 вв. Киев был русскоязычным, в 15 – сер. 19 вв. – преимущественно центральнополищукско-язычным, а со 2‑й пол. XIX столетия в городе утвердился вернувшийся на свою родину русский язык. Почему омельченковская киевская администрация запретила на рубеже 20-21 вв. городскую рекламу на русском языке ?  В городе, являющимся родиной этого языка ? Почему при наличии 25% киевлян, желающих обучать своих детей на русском языке (на старокиевском диалекте украинского языка), в городе наличествует всего полтора процента (шесть) школ с русским языком обучения.

       Вот такого рода вопросы и следует поставить перед лицом герра (гере, по-норвежски) Воллебека в процессе его внутри-русских лингвистических «мониторингов».

     

 

    15.03.2009 г.      Абакумов Александр  Васильевич