Заключение [Абакумов А. В. Слобожанщина -- колыбель индоевропейцев. -- К., 2009]

Древнерусская народность — продукт сложного межэтнического взаимодействия различных племенных групп. На ранних этапах её формирования (протоантском и антском) главными среди данных факторов были праславяно-венедский, иранский и балтский компоненты. В постантский и собственно древнерусский периоды к мощнейшим элементам восточнославянского этногенеза добавился массив финно-угорских народов. Роль последнего ещё более усилилась в последующие столетия и актуальна до сегодняшнего дня.

Праславяне (венеды) и поздние арии (скифо-сарматы) сыграли решающую роль в этно-культурном и лингвистическом облике “русичей”. Наследие первых (венедов) с большим трудом возобладало в грамматической основе формировавшнгося во II — IV вв. н. э. антского наречия. Однако в словарном фонде этого тогда (для 4 — 5 столетий) нового говора весьма значительным оказался (если судить по языкам-потомкам) скифо-сарматский лексический слой. Кроме того, позднеарийская традиция оказалась преобладающей в культурно-художественной и духовной жизни как языческой Руси, так (по-видимому) и её антских предков.

Более того, даже имел место феномен некоторого усиления скифо-сарматской образности в позднеязыческой обрядовости, произведениях искусства (возрождённые звериный и полихромный стили 512) и литературы в процессе становления, расцвета и диффиренциации Империи Рюриковичей. Так, в “Слове о полку Игореве” преобладают мифологические персонажи арийского происхождения (Даждьбог, Хорс, Стрибог, Днепр, Див, Карна, Дева Обида). Божества венедского присхождения им явно уступают (Велес, Славута, Желя). Лидером позднего восточнославянского языческого сонма богов становится “скифо-сармат”. Это подтверждают и другие древнерусские источники 513. “Природный” славянин Перун уступает первенство в нашем языческом пантеоне кон. 11 — нач. 13 вв. “индоиранцу” Даждьбогу 514.

Некоторое усиление арийской традиции в 9 — 12 столетиях объясняется спецификой племени-собирателя Древнерусской державы. Данный субэтнос характеризовался (по сравнению с другими постантами) наибольшей степенью скифо-сарматской преемственности. Росы, созидая свою большую империю, расселяя выходцев из своей среды по городам и укреплённым пунктам всей Восточнославянщины, распространяли свою “узко-племенную” культурную традицию среди знати бывших “союзов племён” и рекрутируемых на местах младших дружинников. Последнее обстоятельство, в свою очередь, закладывало основы дальнейшей популяризации скифо-сарматских культурных достижений и в сельских общинах 515.

Аналогичный процесс характеризовал и лингвистическую специфику древнерусского периода восточнославянского этногенеза. Росы (как и другие постантские племена) имели своё специфическое наречие 516. Это был, по-видимому, наиболее иранизированный говор восточнославянского языка-основы. Последний уже несколько дифференцировлся к 10 в. на ряд “субдиалектов”. Обогатившись лексически на хазарско-“диаспорном” этапе своего развития, росское наречие распространилось и по периферийным центрам новой (в нач. 9-го столетия) Артабской державы. C переносом столицы Руси в Киев, формируется здесь своеобразное “койне”. Высокая (среди постантов) особая (параллельно росской) полянская культурная традиция объективно не могла быть обойдена “диаспорой”. Вероятно, в Киеве формируется промежуточный росо-полянский говор. На его основе распространяется по всей Руси 9 — 13 столетий общий административный язык. Местные племенные наречия за этот период оказываются в лингвистическом союзе с общерусским “койне”. Происходит максимальная (в тех условиях) нивелировка восточнославянских говоров как между собой, так и с административным языком. Последний мало отражён в древнерусской литературе и несколько больше в официальных документах. Языком письменности считался церковнославянский, но древнерусский административный нередко с ним “переплетался”. Язык “Слова о полку Игореве” и нек. др. поэтических, памфлетических и повествовательных произведений — своеобразный тогдашний литературный компромисс письменной, с одной стороны, и административно-командной, с другой, лингвистических форм.

Древнерусской “нивелировки” избежала закарпатская ветвь племенного союза белых хорватов. За несколько десятков лет своего пребывания в Киевском государстве (с кон. 10 в. и по 3-ю четв. 11-го столетия) закарпатское пост-антское наречие не успело слиться с древнерусским “койне”. Последующая переменная борьба за Ужгородско-Мукачевский край Арпадов с Рюриковичами также не способствовала такой ассимиляции. Долговременный же отход Закарпатья к Венгрии в сер. 12 в. закрепил местные говоры на постантском “генеалогическом” уровне [блок-схемы 8 и 10]. Группа карпато-росских диалектов существенно отличается от остальных восточнославянских наречий 517. Последние все являются лингвистическими потомками древнерусского “койне” XI — XIII столетий. Лишь закарпатские говоры восходят к эпохе распада антского племенного союза кон. 3-й четв. I тыс. н. э. и, соответственно, первоначальному диалектному членению пра-восточнославянского языка в 7 — 9 вв.

Бл.-сх. 10 -- Антское и древнерусское языковые единства и последующий лингвистический процесс

Условные обозначения

1 – вятичские говоры (в т. ч. и старомосковский)

2 – старогалицкий говор древнерусского языка

3 – т. н. “старобелорусско-староукраинская” литературно-деловая форма

4 – белорусские диалекты (в т. ч. и современная их литературно-деловая форма)

5 – лемковский диалект

6 – бойковский диалект

7 – гуцульский диалект

8 – нео-"волынско-галицкая" группа говоров (в т. ч. и т. н. “язычие”)

9 – буковинский диалект

10 – полесская группа говоров

11 – группа украинско-великорусских (новороссийских, кубанских и пр.) койне

Балты и финно-угры — огромный человеческий фактор “русскости”. Антропологический компонент, особенности психологического склада (менталитета) многих восточнославянских ветвей, их этнографических подробностей восходят к данным (относительно многочисленным в своё время) древним людским массивам. Русские, объективно, в большей степени преемники балтской и угро-финской макротрадиций, чем малочисленные “лингвистические наследники” этих некогда больших языковых общностей.

———————————————

Существенен (хотя и не таков как у большой четверки) вклад в восточнославянский генофонд некоторых других этнических групп. Фракийцы (помимо своего определённого вклада в прото-антский этногенез I тыс. до н. э.) существеннейший фактор формирования юго-западных русских групп 518 : буковинцев, гуцулов, галичан, закарпатцев. Романизированные же потомки данного восточного балкано-карпатского людского массива (волохи), активно расселялись по Галичине, Буковине и Правобережной Украине в 14 — 19 столетиях. Аналогична роль и иллирийского фактора 519, проникшего в пред-протоантский период (чернолесская культура X — VII вв. до н. э.) даже на Левобережье 520. Особенно явственны черты этого древнего западного балкано-карпатского этноса у современных лемков 521 и, в меньшей степени, у гуцулов.

Ярчайшие культурные и антропологические кельтские черты проявляются у бойков 522. Cущественен данный фактор и у галичан, в целом. Кельтско-галатский компонент значителен в раннем антском этногенезе в рамках зарубинецкой культуры 523 3 в. до н. э. — 1 в. н. э. Весом тюркский вклад в формирование украинского казачества. Помимо древнерусских протоболгар-былей, ковуев, половцев-кощеев, оставшихся после XIII столетия на Роси потомков чёрных клобуков, весьма существенен здесь оказался пост-золотоордынский фактор. Тюрки-протоказаки 15 в., крымско-татарские и ногайские выходцы 3-й четв. II тыс. н. э. дали начало таким известным казачьим украинским родам как Чураи, Нечаи, Мамаи, Ногаи, Кочубеи, Галаганы, Джалалии и мн. др. 524.

Значителен тюркский компонент в таких социальных группах как велико- и малороссийские дворянства. У последних он в немалой степени связан с украинским казачье-стаpшинским элементом. Существенны тюркские (южносибирские) антропологические черты у таких этнографических групп 525 как донско-низовские и яицкие казаки. У основной же массы украинского и почти всего великорусского крестьянства данная физическая преемственность отсутствует 526.

Германский компонент представлен 2-мя потоками : готским и варяжским. Первый из них (наиболее весомый) достаточно значителен среди носителей черняховской культуры 2 — 5 вв. Немало остроготов и гепидов осталось в сер. I тыс. н. э. в восточноевропейской лесостепи и было ассимилировано антами 527.

Варяги влились, главным образом, в раннюю древнерусскую социальную верхушку 8 — 11-го столетий. В некоторых районах (Новгородщина и Псковщина) норманнский компонент мог быть значительным при формировании и “средних слоёв” : военных поселенцев, мелких торговцев 528, боярских слуг, посадских людей.

Остальные “ассимилированные факторы” восточного славянства можно считать третьестепенными. Хотя и среди них есть своеобразные явления. Так, например, весьма интересен северокавказский черкасский элемент ранних этапов формирования как украинского, так и великорусского казачеств.

——————————————

Русь — наследница 4-х древних этнических массивов эпохи Античности (I тыс. до н. э. — 1-я пол. I тыс. н. э.). Непосредственные предки восточных славян — венеды-праславяне и скифы-пахари (протоанты), балтские племена невров, галиндов-меланхленов и более поздняя деремела, скифы-земледельцы (авхаты) и ряд (известных позднее) финских групп : меря, мурома, мещера, чудь заволоцкая и весь. Особое место в исторической судьбе русских занимает сарматский племенной союз аорсов. 2 его подразделения (сполы и росии) также входят в “прямой предковый ряд” восточного славянства. Второе из перечисленных аорсских племён, помимо всего прочего, заложило нашу этимологическую основу. Cамо имя Руси родом из сарматской стихии. Оно восходит к самоназванию аорсской группировки росиев. Последняя несколько видоизменилась во 2-й четв. I тыс. н. э. в процессе миграций. Аорсско-скифско-готское образование росомонов, в свою очередь, в 6 — 8 вв. было славянизировано в антской и постантской среде. Несомнен приоритет лингвистической венедо-праславянской преемственности, но и наследие остальной “предковой тройки” заслуживает почитания. Памятник герою пращуров французов (галлов) Верцингеторигу установлен в Клермон-Ферране. Вождь арвернов героически сопротивлялся римлянам, потерпел поражение и всё равно был удостоен монумента. Cкифский же царь Иданфирс разгромил массированное нашествие переднеазиатских полчищ Дария I, но на “мемориальном уровне” забыт. Галльские диалекты сыграли небольшую роль в формировании лексики современного французского языка. Словарный же фонд скифского происхождения во всех восточнославянских диалектах огромен. Этнографические преемственности русских к ариям и французов к галлам примерно одинаковы 529. Париж чтит своих предков-кельтов (наряду с глубочайшим уважением и к своей древнеримской преемственности), а где наш памятник Иданфирсу — скифскому вождю-победителю ? Значительную часть своего генофонда передали восточным славянам постарийские племена скифов-алазонов, роксолан, гелоно-будинов, скифов-каллипидов, буртасов и алан ; балтские группы аукштайтов, пруссов и ятвагов ; финно-угорские подразделения карел, печоры и мордвы.

Данный момент многоплановости генезиса русских вполне можно отобразить в изучении истории как в системах высшего, так и среднего образования России, Украины и Беларуси. В курсах отечественных историй старших классов восточнославянских государств ариям вполне можно посвятить два урока. Первый из них — “степная бронза”, киммерийцы, архаичные скифы ; походы ранних и поздних арийских племён в Закавказье, Среднюю, Переднюю и Южную Азию ; отражение ахеменидского нашествия народами Восточной Европы в кон. VI в. до н. э. Второй урок должен быть посвящён расцвету и угасанию Скифской Державы, а также сарматской проблематике, ранним этапам формирования восточного славянства в свете венедо-иранского синтеза. Данный мини-раздел должен располагаться где-то в преддверии курса “истории Киевской Руси”. Непосредственно перед уроком о древних восточных славянах. Уже где-то в начальном этапе курса “Киевская Русь” следовало бы посвятить ещё один урок целиком балтским и финно-угорским племенам Восточной Европы (по академическому получасу для каждой из этих групп) в аспекте описания их дальнейшего (в процессе последующих занятий) взаимоcлияния с восточным славянством.

Все 4 пращурные этнические массива антропологически характеризовались преобладанием т. н. светло-шатенных европеоидных расовых типов 530 — североевропеоидных с небольшими инопопуляцинными включениями. Только среди “второстепенных” компонентов русского этногенеза большее разнообразие. Фракийцы и иллирийцы — преимущественно тёмные шатены смешанного южноевропеоидно-североевропеоидного происхождения. Кельты и германцы — аналогичные “большой четвёрке” светлые шатены. Тюрки евразийских степей в большинстве своём тёмные шатены метисного северомонголоидно-североевропеоидного 531 (южносибирского) типа.

____________________________________________

Некоторые современные народы — продукт преимущественного моно-генезиса (по крайней мере за последние 3 тысячи лет). Это японцы, китайцы, тувинцы, египтяне. Последние — даже со времён неолита, хотя они и сменили во II тыс. н. э. свой древний язык на арабский. Другие этносы (алжирцы, осетины, аргентинцы, чилийцы, армяне) в основе своей бикомпонентны. Тригенез характерен современным болгарам, испанцам, англичанам, вьетнамцам, собственно провансальцам и иным народам. Большинству остальных народов планеты свойственна ещё большая изощрённость их “комплектования”.

Аналогичный нашему тетрагенез прослеживается пока лишь (на первый взгляд) у австрийцев. Данная нация вырисовывается как своеобразное равновесие иллирийского, кельтского, славянского и германского компонентов.

——————————————

Отечественная традиция должна включить в себя всю свою полноту. Русскому наследию принадлежат Перун-Перкунас и Индра, Cварга-Сварог и его сыновья Агни-Сварожич с Гойтосиром-Даждьбогом (Варуной-Ахурамаздой), Яровит-Ярило и Криве-Кривейте, Велес и Мокошь, Cампо и Див, Род и Дьяус, Митра и Святовит, Стрибог и Вий. Героями-пращурами восточного славянства (реальными или мифологизированными) выступают Святогор и Хушанг, Таргитай и Джемшид, Фаридун и Бож, Атей и Амага, Анахарсис и Микула Селянинович, Гедимин и Калев, Дир и Илья Муромец, Сар с Аммием и Добрыня Никитич, Миндовг и Тахмурас. Русской традицией можно считать самые ранние гимны “Ригведы” и древнейшие главы “Авесты”, руны “Калевалы” и былины, искусство Великой Скифии и сарматские украшения, первый среди автохтонов Северной Евразии протогород Аркаим на Южном Урале (17 в. до н. э.) и изобретение колеса. Исторически наследственными территориями прямых предков восточных славян оказываются Восточная Европа (по северокавказский хребет включительно) и Казахстан (без южного Семиречья и среднего течения Сыр-Дарьи), cеверная Джунгария и динлинский Саяно-Алтай, западносибиские степь и лесостепь, Урал и равнинная часть Крыма. Нашим предкам по-видимому ещё с конца верхнего палеолита (XV — X тысячелетий до н. э.) было свойственно тяготение к крупным этно-политическим образованиям. Вероятно, что древние ностратийцы (на заключительном этапе существования своего “мамонтово-охотничьего” хозяйства) контролировали значительную часть лесотундро-степной приледниковой полосы Евразии. Им приходилось преодолевать огромные территории в процессе преследования представителей тогдашней субарктической фауны. Большие стада шерстистых носорогов, мамонтов и северных оленей в своих сезонных меридианальных перемещениях покрывали весьма обширные пространства.

Существенными территориальным базами располагали, по-видимому, и отделившиеся друг от друга ветви ностратийцев, а затем и индоевропейцев. Cреди последних особенно продуктивными в этом плане оказались арии. Племена “степной бронзы” охватили огромный кусок субарктического пояса от Дуная и до верхнего Енисея и Монгольского Алтая. Правда, ариям было свойственно “расчленяться” в процессе своей широкой экспансии, но на определённых этапах своего функционирования конкретные племенные объединения тех или иных “палео-индоиранцев” были весьма значительны. Крупнейшим этно-политическим единством в жизни “коренных” арийских племён оказался, вероятно, союз представителей андроновской культуры. Она занимала на раннем своём этапе в сер. II тыс. до н. э. (объединение древнейших восточноиранцев) территорию от Яика до Саян. Заключительный же аккорд функционирования андроновцев (IX — VIII вв. до н. э.) застал их, по-видимому, в виде скифо-сако-сарматского нерасчленённого единства. Последнее охватывало не меньшие (чем пра-восточноиранцы) пространства — от Волги и до Алтая (в т. ч. и Монгольского).

____________________________________________

Сохранили (и даже развили) “имперско-евразиатскую” геополитическую традицию оттеснившие (в весьма существенной степени !) индоевропейцев гунно-тюрки, монголо-сяньбийцы и маньчжуро-чжурчжени. Cледствием их деятельности оказались огромные племенные союзы Хунну и Сяньби, Жужаньская орда, Тюркютские каганаты и ряд других соизмеримых с перечисленными образованиями степных держав. В 13-м столетии встала сверхмощная империя Чингисхана. Даже её степные “осколки” (Золотая Орда, Чагатайский Улус, центральноазиатско-сибирский “сектор” государства Юань, а затем Моголистан Тоглук-Тимура, держава Тамерлана (контролировавшего и Семиречье c Джунгарией), прото-Узбекское ханство Абулхайра, ранняя Казахская “федерация” Касыма) были гигантами.

____________________________________________________


Возобновителем же собственно арийско-еврoазиатской традиции оказалась поздняя Русь. Московское государство охватило значительную часть бывшей Арьянам Вайшьи. Но и не только ! Вся лесостепная и лесная зона к северу от обитания древних индо-иранских племён составила собой Российскую Империю. К нач. XX в. всё пространство “арийского простора” (за исключением северной Джунгарии) политически вернулось к потомкам 532 обитателей данного описанного в “Авесте” макро-региона.


К подвигу Великой Отечественной войны, к славным эпизодам Российской Империи, Московского и Русско-Литовского государств, Новгородской и Псковской республик, к ратоборческой динамике украинского и великорусского казачеств, к раннесредневековой красоте Киевской Руси, варварской мужественности антов органически добавляются архаика финно-угров и балтов, боевые колесницы и героика древних ариев, удаль и размашистость их непосредственных скифо-сарматских потомков.

Comments