Витовтова старина (К 600-летию Ворсклинской битвы) [ Лукашенко внедряет идеи Витовта // Экономическая газета. - М. - 1999. №34, с. 8 ]

Всеобщую симпатию и содействие восточнославянских патриотических сил вызывают усилия нынешнего руководства Беларуси по оживлению центростремительных тенденций в нашей Большой Родине. Многим представляется, что тем самым Полоцко-Минско-Виленская земля выступает в своём каком то необычном (для своих, якобы, "традиций"), имперском качестве. Будто бы Западная Русь впервые выступает в роли собирателя восточного славянства ?

Однако уже был ещё один момент вероятия её решающей роли в объединении "русичей" !

___________________________________

12 августа с. г. исполняется 600-летие одного из крупнейших сражений в истории позднесредневекового Западнорусского государства - Великого княжества Литовского.

XIV век характерен преобладанием центростремительных тенденций в этно-геополитической общности достаточно дифференцированных (в нач. столетия) русских и русско-литовских княжеств. Главными центрами собирания восточнославянских земель уже к 1320?м гг. обозначились великие Московское и Литовское 1 княжества. Последнее, несмотря на частичные балтские корни своего правящего слоя, достаточно быстро обрусело. Проявление же в 1386 г. (благодаря определённым династийно-дипломатическим комбинациям) полонизационной парадигмы (Кревская уния) активно преодолевалось в 90-х гг. того же столетия централизаторской политикой великого князя Витовта Кейстутовича. Постепенным укреплением своей западнорусской государственности (включавшей в себя, кроме Белоруссии, Литвы и Брянщины, большую чать территорий Украины, Смоленщины и Курщины) этот виленский "господарь" в течение первых 7 лет (после утверждения в 1392 г. своей власти в Троцком замке) постепенно ослаблял связь с "ягеллонским" краковским престолом.

Заключительные "лета" уходящего тогда века обозначились чёткой общерусской тенденцией в политике Витовта. Киево-московский митрополит Киприан именно в эти годы стал вторым по значению авторитетом Великого княжества Литовского. В троцко-виленских правявящих кругах (при участии беглого золотоордынского хана Тохтамыша) возник план объединения обоих крупнейших русских геополитических образований. Витовт намеревался силой восстановить на престоле Улуса Джучи сарайского изгнанника. Тохтамыш же (в случае своего возвращения "в Орду") обязывался, в свою очередь, дать троцкому правителю ярлык на великое княжение Владимирское.

Последующее же объединение Москвы и Вильны стало бы делом дипломатической техники Киприана и Витовта. Осуществился бы окончательный разрыв вассальной зависимости Троцкого замка от польского короля Ягайло. Витовт бы в 5-й раз крестился. До этого он уже отправлял данный обряд - дважды по православному канону и столько же по-католически. Окончательно же приняв русско-византийскую форму христианства, Великий князь Литовский расчитывал ("подкрепляя" свою аргументацию, естественно, своей и тохтамышевой военной мощью) стать сюзереном московскому Василию I. Старший сын последнего (от единственной дочери Витовта - Софьи) объективно становился наследником объединённого русского престола.

Для осуществления же задуманного необходимо было восстановить власть Тохтамыша в Сарае. Обстановка в Золотой Орде для этого весной 1399 г. казалась благоприятной. Улус Джучи к тому времени оказался раздроблённым на ряд враждующих группировок. Немаловажной среди последних оставалась и "фракция" сторонников Тохтамыша. Русско-литовские войска накануне совершили 2 достаточно успешных похода вглубь Орды. Белорусский (киприано-витовтов) вариант глобального объединения восточного славянства тогда казался достаточно реальным. В случае успеха данного плана - Русь восстановилась бы в качестве великой державы на 3 столетия раньше реального осуществления данного процесса Петром I. Собирание же основной массы восточнославянских земель в единое целое - почти на 400 лет раньше "екатерининского".

18 мая 1399 г. большое войско Витовта выступило из Киева. Большую часть этой армии составляли феодальные ополчения западных и южных русских земель под командованием десятков князей. Среди них преобладали витовтовы наместники княжений, но были и (в меньшей степени) удельные вассалы. Фигурировали там как Гедиминовичи, так и Рюриковичи. Оказались в данном ополчении и ветераны другого генерального столкновения восточного славянства с тюркской "степью" (Куликовской битвы - 1380 г.) - Андрей Полоцкий и Дмитрий Брянский. К витовтовому войску присоединились отряды татар Тохтамыша, а также рязанские, молдавские, польские и немецкие добровольцы.

5 августа эта армия достигла р. Ворсклы, где встретила полки тогдашнего сарайского хана Тимур-Кутлуга, реальное влияние которого охватывало незначительную часть Батыевой державы. Хотя обстановка в Золотой Орде к данному моменту существенно изменилась. Другой степной авторитетный лидер - "главнокомандующий" Едигей сумел летом того же года временно (на антивитовтовой и антитохтамышевой "платформе") примирить различные "фракции" Улуса Джучи. Навстречу русско-литовскому войску потянулась основная масса ордынских сил. Даже часть "двора" Тохтамыша (откликнувшись на "пантатарский" призыв Едигея) перешла в расположение армии Тимур-Кутлуга. Последний же (поджидая отряды других джучидов, эмиров и мурз) вступил (стремясь выиграть время) в переговоры с Витовтом.

Великий литовский князь в данной обстановке оказался дезориентированным. Его разведчики (как и дипломаты) не сумели вовремя уловить момент "едигеевого компромисса" в Орде. Иначе же он не пошёл на 7-дневные переговоры с молодым сарайским ханом. С подходом же к Ворскле собранных Едигеем основных сил Улуса Джучи переговоры были прерваны.

Сражение началось 12 августа 2. Армия Витовта, оставив свой укреплённый стан под защиту тохтамышевых отрядов, перешла через Ворсклу и завязала бой с силами Едигея, заставив их отступить. Тем временем войска Тимур-Кутлуга обошли поле битвы и атаковали русско-литовский лагерь. Ряд тохтамышевых мурз (со своими подразделениями) повернул своё оружие в пользу нового сарайского владыки. Стан Витовта был Тимур-Кутлугом захвачен, сохранившая лояльность бывшему золотоордынскому хану часть "двора" последнего бежала. С "превеликим трудом" "унёс ноги" и сам Тохтамыш.

Западно- и южнорусские полки оказались отрезанными от своей же материальной, продовольственной и питьевой базы руслом р. Ворсклы. Правый берег последней прочно "оседлали" отряды Тимур-Кутлуга. Обратная переправа оказалась невозможной. Да и левый берег прославленного полтавского водоёма интенсивно простреливался более многочисленными (чем у русских) татарскими лучниками, делая почти невозможным с него водопой. С фронта же (да и с флангов) войско Витовта постоянно тревожили силы Едигея. Гибель "литовской рати" с этого момента стало делом считанного времени. Голодная и мучимая летней степной жаждой русская армия вынуждена была решиться на многодневный прорыв в неблагоприятнейших условиях. Вскоре витовтовы силы распались на ряд самостоятельно продвигающихся отрядов, большинство которых татарами было, в конечном счёте, уничтожено. Сам виленский князь с "малой дружиной" едва спасся.

Прямым следствием тяжелейшего разгрома русско-литовской рати на берегах Ворсклы было чрезвычайное осложнение международного и внутриполитического положения Великого княжества Литовского на грани XIV и XV вв. Военно-политический потенциал западных и южных русских земель оказался существенно подорванным. Витовт утратил приоритет своего государства в деле собирания восточного славянства. Лидерство в данном аспекте тогда снова перешло к Москве.

Русско-литовская тенденция в постворсклинский период отошла на задний план. Вновь усилились полонизаторские моменты в политике троцкого двора 3. Следствием каковых и явился акт Виленской унии 1401 г. - следующий (после Крево !) этап "династийно-дипломатического" закабаления Польшей Западной и Южной Руси.

В дальнейшем Витовту удалось частично нейтрализовать пагубные для его государства последствия Ворсклинской катастрофы, но прежних (образца 1398 - 1399 гг.) возможностей у Великого княжества Литовского уже не было. Сие объединение к нач. 2-й четв. XV в. как бы "зависло" между русско-литовской традицией и полонизационным направлением (выражавшемся тогда пока лишь в формальном сюзеренитете Вавельского замка над Троцким) своего развития. Речь же о возможностях объединения всей Русской Земли вокруг Вильны уже никогда больше не шла.

___________________________________________

Нынешний же период упадка восточного славянства и смуты в его геополитических структурах вновь ставит задачу возрождения единой государственности. И аналогично 600-летней давности "витовтовой старине", активным инициатором такого собирания является Белая Русь. Так пусть же объединительные инициативы сегодняшнего Минска станут более успешными, чем давние потуги Вильны Гедиминовичей.

__________________________________________________________________

1. Абакумов О. В. Три Переяслави - міграція чи аналогія утворення ойконімів // Мовознавство. - К., 1996, №2 / 3, с. 29.

2. Шабульдо Ф. М. Земли Юго-западной Руси в составе Великого княжества Литовского. - К., 1987, с. 149.

3. Там же, с. 149 - 150.

А. В.

Comments